Zahav.СалатZahav.ru

Пятница
Тель-Авив
+23+12
Иерусалим
+19+11

Салат

А
А

Апология надежды, или Шипы и лепестки

Это новая веха на творческом маршруте театра "Гешер" и израильского театра в целом. Режиссер - Ноам Шмуэль.

02.10.2022
Стивен Кинг. Фото: Getty Images / Ulf Andersen

На сцене театра "Гешер" возник новый спектакль. В основе - триллер блистательного Стивена Кинга "Рита Хейуорт, или Побег из Шоушенка". Официальной премьеры еще не было, и я пишу свои заметки об одном из самых первых спектаклей. И совершенно убеждена в том, что эта театральная работа уже стала событием, торжественным гимном человечности, уму, стойкости. Это новая веха на творческом маршруте театра "Гешер" и израильского театра в целом. Режиссер - Ноам Шмуэль.

Американский писатель Стивен Кинг - истинный король империи ужасов. Его страшилки, тайны, темные башни, кукурузные заросли-ловушки и мертвые зоны спасают, прячут читателя от самого себя. В глубинах и чащах, в натянутых до дрожи, до спазма струнах его сюжетов можно позабыть об истинных страхах. Но победно и человечно звучат в его произведениях гуманизм, невероятное воображение, которое делает Кинга уникальным, и его чувство справедливости. В мире, изъеденном ржавчиной лжи, утратившем мораль и человечность, заблудившемся в лабиринте агрессивной пошлости и злобы, Кинг, наверное, один из немногих писателей, рассказывающих человечные сказки. Может быть, он последний в ряду великих сказочников.

Среди творений этого автора особое место занимают "Зеленая миля" и "Рита Хейуорт, или Побег из Шоушенка". Обе истории - о жизни в тюрьме. Они страстно и остро живописуют тот ужас, что страшнее всякого другого. Ужас там, где жизнь превращена в ад. Да и жизнью такое существование назвать нельзя.

…Энди Дюфрейн ни в чем не виноват. Баловень успеха, талантливый финансист, богатый и законопослушный, любивший женщину, на которой был женат, - волей злодейки-судьбы он превращается в заключенного. Его незаслуженно обвиняют в убийстве жены и ее любовника. После суда двери тюрьмы захлопываются за ним, и жизнь Энди заканчивается.

…На сцене двухэтажная декорация. Лаконичная, функциональная. Сценограф Михаил Краменко нашел золотую середину между реалистичной картинкой и эмблемой, символом. Внизу самое настоящее царство Аида, могильная территория; наверху - немного больше света, там герои пробегают, проходят, когда брезжит надежда. Там говорятся чуть более нормальные слова. Оттуда Энди вырывается к свету, свободе. К синему океану.

Актер Ори Янив (Энди) в этой работе достиг совершенно особой высоты. Он сыграл на "разрыв аорты", мощно, ярко. Открыв новые стороны своей личности и темперамента, необыкновенную пластику и органичность. Роль будто для него написана, - и абсолютно впору ему, как костюм или перчатки. Ори Янив прошел со своим героем страшный и унизительный путь, проявил стойкость, гордость, ум и смекалку. Выиграл у начальника тюрьмы моральный и интеллектуальный поединок. Смог выжить. И его пример очень вдохновляющий. Именно с такой жизнью-нежизнью надо бы соотнести многое в мире, который злым демоном притаился за стеной театра.

Я, наверное, совершенно разминусь в трактовке с другими комментаторами, но мне вовсе не кажется, что слово-пароль, слово-ключ здесь "надежда". Сама по себе надежда не является стимулом, указателем маршрута. Труд и ум, упорство и бесценное, истинное, сияющее, как солнце, чувство собственного достоинства могут привести к победе. А могут и не привести. И это вселенская трагедия. Отзвуки, осколки этой трагедии вонзаются в душу, остаются с нами после просмотра спектакля.

Ред - рассказчик. Историограф Шоушенка. Умный, умеющий наладить бизнес даже в тюрьме. Он убийца, который знает, что получил наказание справедливо. И все же вызывающий у нас сочувствие и уважение. Потому что в глубине, в самом потаенном уголке души он сохранил человечность. То, что так легко утрачивается, погибает, когда человека, как дикого зверя, сажают на цепь. В этой роли актер Юваль Янай. Он рисует своего героя строгими, очень скупыми красками. Он не бунтарь, не раскаявшийся грешник. Не философ. Человек. И все же мы в каждом эпизоде снова и снова, затаив дыхание, слушаем его и дышим с ним в унисон…

Богс Даймонд - Шломи Бертонов. Красивый, талантливый, умный. Движется, как солист балета. Улыбается, как молодой бог. И еще он - чудовище. Хладнокровный убийца. Монстр, от которого бросает в дрожь. Очень яркая и поражающая воображение работа.

Саша Сендерович сыграл тюремного библиотекаря Брукси. И снова, как всегда, как я и ожидала, покорил зрителей. Какой-то внутренней силой - при внешней обреченной покорной слабости. Подавленной гордостью - и скрытой тоской по любви и теплу. Обаянием и взволнованной человечностью…

Мики Леон предстал в роли директора тюрьмы Грегори Стаммаса. Святоша, циник, владыка царства мертвых, хамелеон и вор. Он говорит тихо, движется медленно и осторожно. Умильно ухаживает за жалким кустиком в горшке, стоящем на столе. И только людоедский оскал выдает его суть, природу тирана. Я почему-то задумалась о разного калибра тиранах. О том, как мы сдаем им на откуп страны, души, человечность. Актер в этой работе грандиозен…

Ноам Шмуэль умеет своими спектаклями дать пищу уму. Вызвать звучание музыки в сердце. И мы, придя на эти театральные творения, сострадаем. Другим. Себе. И оживаем. И - возможно! - чуть меняем точку зрения и привычный рациональный взгляд…

Экранизация этого произведения Стивена Кинга была осуществлена Фрэнком Дарабонтом. Режиссер посвятил ее своему агенту и близкому другу Аллену Грину.
Благоговение перед человеком и человечеством, не пафосный, но глубоко искренний тон, нежность, скрытая в шипах и кандалах, - как ненужный, непрактичный лепесток цветка - все это есть в спектакле театра "Гешер". Думаю, только посвящая свои творческие поиски близким, любимым людям, можно осуществить такое вдохновенное театральное высказывание…

Читайте также

Комментарии, содержащие оскорбления и человеконенавистнические высказывания, будут удаляться.

Пожалуйста, обсуждайте статьи, а не их авторов.

Статьи можно также обсудить в Фейсбуке