Zahav.СалатZahav.ru

Воскресенье
Тель Авив
+26+16

Салат

А
А

Александр Каневский: "Сложите три юмориста – получите пять!"

Александр Каневский - о себе, о родственнике Штепселе, о том, как его брат чуть не стал Остапом Бендером, о японских евреях.

kaevsky_aleksad
Фото: пресс-служба

Александр Каневский - о себе, о своем родственнике Штепселе, о том, как его брат "майор Томин" чуть не стал Остапом Бендером, о японских евреях и о своих друзьях и коллегах - неулыбчивом прозаике Арканове и фонтанирующем поэте Вишневском.

В июле в 11 городах Израиля пройдут гастроли большой юмористической программы "Трое на одной сцене, не считая микрофона", в которой примут участие знаменитые юмористы-сатирики Александр Каневский, Владимир Вишневский и Аркадий Арканов. Накануне гастролей известный израильский писатель, поэт и драматург, автор популярной среди русскоязычных израильтян фразы "Израиль как зеркало – какую рожу скорчишь, такую и увидишь!", Александр Каневский ответил на наиболее интересующие читателей вопросы.

- Всем известно, что в 1960-1970-х вы плотно сотрудничали с легендарным дуэтом Тарапунька и Штепсель. Настолько плотно, что ваш брат, известный актер Леонид Каневский, стал зятем Штепселя. Расскажите, как это произошло?

- С Ефимом Иосифовичем Березиным и Юрием Трофимовичем Тимошенко, известными широкому зрителем под сценическими псевдонимами Штепсель и Тарапунька, мы не только сотрудничали, но еще и очень дружили. У Ефима Иосифовича была дочка Аня, над которой я подшучивал: "Я тебя из семьи не выпущу. Сам я на тебе жениться не могу – я уже женат, поэтому отдам тебе брата Леню". И однажды, в очередной приезд в Киев брата, я привел его к Березиным и представил ему Анну: "Вот, Леня – твоя невеста". Леонид к тому времени уже закончил Театральный институт имени Щукина, был молодым актером – играл в Московском театре имени Ленинского комсомола у режиссера Эфроса. Я, кстати, считаю, что этот режиссер – великое счастье для работающих у него актеров. Так вот, шутки шутками, а Леня и Аня приглянулись друг другу: шутили-шутили, встречались-встречались – и вспыхнуло чувство! Свадьбу сыграли в Москве, Аня переехала к Лене, и они вместе до сих пор. Кстати, мама Ани всей своей жизнью подтвердила мудрость, что быть женой великого артиста – это профессия. Она ездила с Березиным на гастроли, создавала ему уют в гостиницах, следила за его питанием и вещами, везде возила с собой домашнюю скатерть и "любимую Фимину кружку". И Аня тоже этому была научена. Но ей пришлось быть и дочерью известного артиста, и женой известного артиста. Как и ее мама, Аня оберегает мужа, решает любые его проблемы, сопровождает его в поездках. Если существует на свете счастливый брак – то это брак Лени и Ани.

- Шутки и репризы для Тарапуньки и Штепселя вы писали в соавторстве с Робертом Виккерсом. О вас мы знаем почти все, а о нем – почти ничего. Как сложилась его судьба?

- К сожалению, Роберта Виккерса уже нет в живых. Это был прекрасный писатель, замечательный человек. Даже когда мы перестали писать дуэтом, то продолжали дружить, считались друг с другом, читали друг другу новые произведения. Он, кстати, был прекрасным и объективным критиком. Самостоятельно он сделал несколько мультфильмов, во время перестройки в СССР большой популярностью пользовалась его газета "Блин". Каждый мой приезд в Киев мы обязательно встречались. Роберту от отца досталось слабое сердце, и при той медицине, увы, его спасти не смогли – он ушел лет 10 назад.

- Говорят, с режиссером Леонидом Гайдаем вашего брата Леонида Каневского познакомили именно вы. В результате, он ярко отметился в фильме "Брильянтовая рука" в роли иностранного контрабандиста. Расскажите, как это было?

- Это красивая легенда, но – не более. С Гайдаем я был, конечно, знаком, но мой брат знал этого прекрасного режиссера еще до "Брильянтовой руки". А после своей яркой эпизодической роли контрабандиста с очень смешным диалогом на "непереводимом местном диалекте", который он придумал сам, Леня даже пробовался на роль Остапа Бендера для следующей картины Гайдая "12 стульев". Более того, режиссера полностью удовлетворили пробы – Леня был именно таким Бендером, как его представлял себе Гайдай. Другого актера он взял только из-за роста Лени, усердно занимавшегося в молодости штангой и борьбой и поэтому не обладал данными баскетболиста. "Если я возьму на роль Бендера тебя, - говорил брату Гайдай, - мне придется всех актеров подбирать под тебя, а сейчас это уже невозможно – все роли, кроме главной, уже утверждены".

- Как вы оцениваете нынешнего состояние юмористического жанра в русскоязычном пространстве?

- Честно говоря, я был очень огорчен состоянием юмора в России, поучаствовав пару раз в Москве в концертах "Аншлага" и Петросяна. Настроение повысилось только недавно, когда в эфир вышли программы "Прожектрпэрисхилтон" и "Большая разница". Здесь все очень достойно, но это уже совсем другой уровень юмора. Действительно остроумные люди блестяще шутят, и шутки их дорогого стоят. Возрождение русскоязычного юмора я предрекал еще в смутные 1990-е, когда российские юмористы шутили исключительно "ниже пояса". Тогда в Израиле я выпускал журналы "Балаган" и "Балагаша", а также газету "Неправда", в которых из всех сил старался противостоять царившей в те времена пошлости и безвкусию. У меня печатались лучшие авторы, на тот момент живущие не только в Израиле и в России, а и в Германии, в Канаде, в США. Меня поддерживали филантропы из Европы, Америки и даже из Японии – однажды из страны Восходящего Солнца я получил чек с припиской: "Честное слово, у нас тоже есть евреи. БанЗай Гезунд". Мы высоко держали планку нашего юмора, и теперь, надеемся, нынешнее поколение ее не уронит.

- Надо понимать, именно вы являетесь инициатором серии концертов "Трое на одной сцене не считая микрофона" с участием известного российского писателя и драматурга Аркадия Арканова и не мене известного поэта Владимира Вишневского, которые в июле пройдут по всему Израилю. Почему вы пригласили именно этих литераторов в Израиль?

- Наши совместные концерты с поэтом Вишневским периодически довольно успешно проходят в Израиле и в России. Поучаствовать в них мы всегда приглашали и Арканова, но каждый раз что-то не складывалось. На сборных концертах в России мы встречались куда чаще. Но вот, наконец-то, все совпало, и благодаря усилиям продюсера Ростислава Олейника наши "концерты на троих" пройдут в 11 городах Израиля.

- Что вам импонирует в творчестве ваших коллег?

- Этих людей я пригласил в Израиль потому, что они, прежде всего, мои друзья и очень талантливые литераторы. Аркадий Арканов – просто классик нашего юмора. Его творчество можно разделить на два периода. Почитайте раннего Арканова – это потрясающая мудрая философская проза. Более поздний период – просто филигранные тексты, смешные и грустные одновременно. Владимир Вишневский, я считаю, просто фонтанирующий человек, который мыслит афоризмами. Многие его фразы стали действительно крылатыми и, что называется, "ушли в народ": "Тебя сейчас послать или по факсу?", "Кишка тонка, зато она - прямая...", "О, как внезапно кончился диван..." и так далее. Он очень сценичен, прекрасно владеет аудиторией.

- Что ждет зрителей на ваших концертах?

- Скажем так. Каждый из нас что-то может. Каждый - чем-то интересен. У каждого – своя аудитория, причем в значительной доле общая. Но, поверьте мне, зрители на наших концертах увидят не трех юмористов-сатириков. Здесь простая математика не работает. Слагаемые Арканов, Вишневский и Каневский в сумме дают результат не 3, а 5! Такой парадокс. На своих концертах мы раздвигаем рамки жанра. Вишневский – это тонкие афоризмы и уморительные и очень качественные стихи. Ваш покорный слуга представит публике трагикомический юмор и умную эксцентриаду. Арканов – мудр, элегантен, вальяжно неулыбчив, но каждое его слово неизменно вызывает приступы хохота у публики. Надеюсь, это будет хороший подарок для зрителей.

Источник: salat.zahav.ru

Метки:

Читайте также