Разве наивность в больничной палате не равнозначна аспирину под язык? Тем более, что в книге идет речь о больных, находящихся в состоянии кататонии, гебефрении, паранойи или просто многолетней меланхолии.
Самое страшное в предвидениях Рэя Далио - это приближающийся крах нынешней модели фаворитизма в экономике, а следом за ним, и в мировой политике.
Тьма, бурлившая сегодня в Израильской опере, была эманацией зла. А в этом случае "клубиться" может все, что угодно, включая отсутствие света.
Конан-Дойл, как известно, страстно не любил свои "малозначительные" записки о Шерлоке Холмсе. Он вообще не считал их литературой.
Эта одна из редких книг, которую я исключаю из "хороших" и перевожу в категорию "шедевров".
Это как надо довести в моем лице народ, чтобы предварять свои восторги от долгожданной премьеры благодарностью в адрес Генштаба, Службы тыла, нашей противоракетной обороны и системы общественного транспорта.
Или иудаизм и христианство - два движения, которые имеют общее происхождение, но эволюционировали по-разному.
И если кто-то скажет, что я вам не выдал превосходный патент летнего отдыха за 39 шекелей с носа, при бесплатном-то проезде, то пусть его постигнет суровая кара, всеобщая ненависть и презрение товарищей-пенсионеров.
Есть музыка, которая давно перестала принадлежать только концертным залам. Она живет отдельно от афиш, филармоний и даже от самих композиторов.
Отчего этот рецепт настолько популярен у выходцев из оттуда сюда? Да потому что нам его буквально навязали в трех поколениях.
Я была уверена, что на следующий день после диагноза человек бросит все, уволится с работы, заберет свои сбережения из банка и улетит в кругосветное путешествие…
Это меньше чем художественная литература. Это больше нон фикшн. Это меньше чем детектив. Это больше научно-популярная лекция.
Оказывается, Конан-Дойл - это не только Шерлок Холмс и "Затерянный мир". Это еще и "затерянный мир" неизвестных романов, повестей и рассказов.
В жизни собственной часто не случается ничего, кроме рождения и смерти. Именно поэтому нас так захватывает магия чужих судеб.
В принципе, редко бывает, что талант равномерно рассредоточен по всем изделиям творца, в отличии от, скажем, идиотизма, который, как правило, бесконечен.
Для затравки: совершенно неожиданный для верного читателя Гранже сдвиг временной линейки: вдруг 1939 год, Берлин, фашизм.
Читается книга легко, уместно здесь даже сказать "просто", но в ней есть все от детективной пружины: непредсказуемые героини, выскакивающие из табакерок "чертики", легкие загадки и неожиданные разгадки.
Два года назад, то есть не вчера, когда у русскоязычных СМИ, в социальных сетях и у политиков внезапно открылись глаза, ко мне обратилась совсем новая репатриантка.
В ней есть странные вибрации, отзывающиеся где-то глубоко в еврейском сердце. Есть мистика - почти как в каббале. Есть потайные отделения - как в шкатулке с секретом.
Такие концерты не забываются. Ради таких вечеров и ходят в концертные залы израильтяне в наше тревожное время.
В Ришон ле-Ционе проводятся дегустации, можно сравнить продукцию разных поставщиков, словом, как говорил Остап Бендер, вы не церкви, вас не обманут.
Это драматургическое произведение способно вызвать грустный смех и беззащитную растерянность, пробудить острое сострадание к себе - и к его персонажам.
Жанр этого фильма не поддается точному определению. Художественный? Да! Есть сюжет, актриса, играющая главную героиню, несколько статистов и пара второстепенных персонажей - попутчиков.
…Иоланта, принцесса, королевская дочь входит во дворец. Яркая брюнета, легкая, пластичная, она стоит среди роскоши этого белого здания, среди звуков, которые наплывают из анфилад бесконечных комнат, переходов, лестниц.
Режиссер Эльдар Гохар Гройсман вновь вызвал великих духов старой, но вечно актуальной истории. Грустной, возвышенной, любимой зрителями.
Бертольт Брехт будто дотрагивается до вечных, неизлечимых душевных ран человечества. И, не пытаясь дать рецепт исцеления, побуждает зрителей думать, - и озираться в поисках ответов.
"Утренний Тель-Авив, музей изобразительных искусств". Сочетание этих слов уже наполняет мою душу радостью и надеждой. Концерт с отметкой, с логотипом "Рождество"…
Они приехали не ради ностальгии и не ради эффекта, а ради редкой возможности сыграть вместе - и поддержать Израиль в непростое время.
Когда впереди не так уж и много лет, гораздо более - позади…
"Идея выставки, ее природа связаны с тем, что все мы пережили и прочувствовали после трагедии 7 октября 2023 года". "Плохие/Хорошие евреи". Отклик на народную беду и синтез художнической мысли.
Все программы этого динамичного, эксцентричного и творческого оркестра - события в музыкальном мире. Оригинален подход, хороши артисты оркестра, интересны солисты.
В Израильской опере звучит старая притча о любви. О том, что долг и интриги, колдовство и предназначение, миражи и вероятные будущие победы уводят возлюбленных прочь из гостеприимного дома.
Эта картина будет представлять Израиль на конкурсе "Оскар". Об этом фильме нелицеприятно высказался министр культуры Израиля. Об этом фильме будут спорить, будут размышлять. Его очень важно посмотреть.
Этот фильм - панегирик настоящей музыке, созданный благодаря самой музыке, выразительным средствам кино, а также тонкой и искренней актерской игре.
Такой осмотр не является обязательным. Но именно страх перед ним зачастую заставляет мужчин изначально избегать даже мыслей о походе к врачу.
Старость - это когда жадные глаза за ртом не поспевают. Раньше я готовил рульку каждому гостю, а недавно одна пара домой половину порции утащила.
Вы заметили, кстати, как много врачей остались в памяти людей, не как врачеватели, а как писатели? Их множество. Отчего так?
Смотреть "Индийского больного" необходимо и полезно для души. Спектакль, безусловно, достоин внимания; и подобных у нас в Израиле немного.
Все видела наша Израильская опера: блестящие постановки, лучшие балеты, цирк и драматические спектакли. Но вот балета на льду - пожалуй, никогда.
Спектакль, поставленный приезжим, новым для Израиля режиссером, гостем нашей страны Алексеем Золотовицким, получился эксцентричный, едкий. Заметно беспрецедентное, горячее стремление поразить и насмешить.