Ученые из США установили, что, помимо очевидных плюсов, удаленка привела к резкому росту социальной изоляции и серьезному ухудшению психического здоровья, причем основной удар пришелся на одиночек.

Пандемия Covid-19 вызвала стремительный и устойчивый рост удаленной работы. Впоследствии многие работники так и не вернулись в офисы.

Помимо очевидного положительного эффекта этой тенденции, эксперты отметили и недостатки такого режима работы. Например, некоторые более ранние медицинские исследования демонстрировали, что по влиянию на смертность социальная изоляция сопоставима с курением и гипертонией.

Ученые из США поставили цель выяснить, как массовый переход на удаленную работу сказался на изоляции и ментальном благополучии людей, когда острый шок пандемии остался позади. Результаты опубликовал журнал Science.

Исследование опиралось на данные пяти общенациональных репрезентативных опросов американцев с 2011 по 2024 год с общей выборкой почти 590 тысяч респондентов. Из анализа намеренно исключили пиковые пандемийные годы, 2020-й и 2021-й, чтобы отделить долгосрочный эффект удаленки от ситуативного стресса локдаунов. Авторы исследования разделили профессии на те, которые объективно можно выполнять дома (программирование, маркетинг), и те, что требуют физического присутствия (уход за больными, механика).

После пандемии удаленная работа резко и устойчиво выросла именно в первой группе, тогда как во второй почти не изменилась. Это дало возможность выделить причинно-следственный эффект, отсекая влияние личного выбора и другие не связанные факторы.

Результаты показали, что "удаленщики" стали проводить в одиночестве в среднем на 1,1 часа больше в день. Компенсации за счет более активного общения в нерабочее время не произошло: люди стали реже встречаться с друзьями в том числе по вечерам в будни. Доля дней, проведенных полностью без человеческого контакта - даже без короткого разговора, - выросла на 72% относительно допандемийного уровня.

Параллельно ухудшилось психическое здоровье людей. У "удаленщиков" ученые зафиксировали рост по сравнению с контрольной группой. Частота депрессивных эпизодов выросла почти на 22%, а использование психиатрической помощи - на 4,6%.

Люди стали чаще принимать рецептурные антидепрессанты и противотревожные препараты, при этом потребление лекарств, не связанных с психикой, и частота плановых медосмотров не изменились. То есть нельзя сказать, что люди стали больше заботиться о своем здоровье в целом.

Самые тяжелые последствия ощутили на себе одиночки. Вероятность провести весь день одному для них оказалась в 10 раз выше, чем у людей, живущих с семьей или партнером. Ухудшение психического состояния у живущих в одиночестве было вдвое более выраженным. Рост приема антидепрессантов у одиночек более чем вдвое превысил средний по выборке показатель.

Кроме того, анализ безработных, ранее занятых в "удаленных" профессиях, не выявил ухудшения психического здоровья. Следовательно, причина именно в изменении условий труда, а не в том, что люди определенного склада стали чаще выбирать такие профессии.

Авторы исследования предостерегли, что преимущества удаленки, среди которых - отсутствие дороги до офиса, гибкость, возможность сосредоточиться и отвлечься, реальны и заметны сразу, тогда как издержки имеют накопительный эффект, их легко не заметить или приписать другим причинам. Они незаметно накапливаются и проявляют себя в виде тяжелых последствий лишь по прошествии длительного времени, в казалось бы хороших условиях.