"Актер как драгоценность..." или Наша Наташа
Фото: пресс-служба
"Актер как драгоценность..." или Наша Наташа

Фонтан возле "Гешера" в этот день работал, и с тихим плеском проливал голубую воду. Солнечный день в Яффо был медным и нарядным. Сентябрь стоял в этом ярком мире, где плещется фонтан, звенит стекло и переговариваются люди за столиками в открытом кафе. И мне махала рукой женщина в серебристо-белом и летнем. Юная и легкая. Я подошла и поздоровалась. "Вот даже и не узнала тебя, Наташенька!". Актриса Наташа Манор пришла на нашу встречу точно в назначенное время. И мы вместе нырнули в прохладное затененное брюхо театра, прошли по темному фойе, спустились в белую гостиную, через потайную дверь проникли в закулисье, в Наташину гримерку. Беспристрастное зеркало отразило наш дуэт, костюмы на вешалке гордо шепнули: "мы тут живем". 

И потекла беседа. В октябре начинается театрально-концертный тур Наташи Манор по стране. Программа получила название "Это было недавно, это было давно...". История с романсами, театральными миниатюрами, настоящими декорациями, вечер-общение с невероятной женщиной произойдет впервые. Наташа Манор много играет в "Гешере", снимается в кино, любима страной как телеведущая, выступает в концертах, как режиссер поставила спектакль "Васса" по пьесе Горького (и сыграла в нем заглавную роль). Концертный марафон с романсами Изабеллы Юрьевой, Аллы Баяновой¸ Александра Вертинского, Вадима Козина, с личным театром, импровизационным и необычным, с перевоплощениями и исповедью случится впервые. И Наташа Манор с волнением и радостью его ждет. И вот мы сидим в ее гримерке - и мне кажется, что рядом с нами расположились все ее героини. Она смотрит на меня, отвечает доброжелательно и свободно, в зеркале отражается эффектная и динамичная блондинка, улыбчивая, теплая. Я что-то говорю о ее характере, мол, хорошо, когда характер такой мягкий. Наташа смеется: "У меня мягкий? Нет уж, у меня очень трудный, непростой характер. 

Наташа Манор

 

- ...значит, в тебе что-то есть от Вассы, этой железной женщины? 

- Конечно! И еще как есть! Я когда со своими девочками, с подружками (имеются в виду актрисы, близкие подруги Света Демидова, Рут Хейловски - автор) общаюсь, всегда им говорю: девчонки, с вами я смягчаюсь...". 

- Наташа, я помню, что ты в своей жизни дважды подделывала документы... 

- ...нет, только один раз это было! Ради любимой профессии. 

- А если бы сегодня так встал вопрос - опять подделала бы? 

- Нет, сегодня я бы на это не пошла. У меня сын, и у меня перед ним ответственность. А тогда, давно, я могла себе позволить безответственные поступки. 

- Ты много училась, в разных ВУЗах, первый диплом был... 

- ...юридический. 

- Значит, к тебе можно идти за юридической консультацией... 

- ...нет! Не надо идти ко мне за консультацией! Другая страна, другая юридическая система, да и меняется все быстро, не работая в этой сфере, нет возможности быть в нужной форме... 

- А быть юристом не хотелось? Не привлекла, не приворожила романтика бумаг, статей закона, поиска истины... 

- Я была на практике в прокуратуре, и был у меня первый выезд на труп. И я поняла: нет, не хочу, не мое. И перспектива сидеть юрисконсультом на заводе в океане бумаг тоже не привлекала. 

- И все же: если бы не театр, не лицедейство - что бы ты для себя в жизни выбрала? 

- Ничего другого быть не могло. Я не мыслю себя без театра! 

- В какой из твоих героинь самый высокий процент тебя? Кто из этих женщин более всего ты, Наташа Манор? 

- Все они - это я! Всех их люблю. Во всех я отразилась. Всем отдала душу. 

- А в жизни ты больше проявляешься как которая из них? 

- В жизни я хочу быть собой, театр остается в театре. 

- Какие спектакли самые любимые, любимыми были и остались? 

- Все! Для меня каждый спектакль - часть души. Я любила свою Ольгу в "Трех сестрах"... 

- ...и я ее люблю. Никогда не забуду: ты - Ольга, светлая, прекрасная, обнаженная, в потоке света, в лучах музыки Малера... 

- Каждая встреча с драматургией Чехова - счастье и открытие. Мы все любили этот спектакль. Евгений Михайлович Арье говорил "у вас такие умытые лица после Чехова"... 

- "Васса" Горького - это был твой первый режиссерский опыт на сцене "Гешера". Тебе он принес радость, творческое удовлетворение, чувство победы? 

- Было очень интересно, - я ведь вообще-то режиссерский факультет ГИТИСа закончила, это для меня был важный, естественный шаг... Но трудно было раздваиваться - и ставить, и играть. В следующем опыте я это не повторю. 

- А есть планы, собираешься что-то ставить? И - что? 

- Планы есть. Очень много. Я теперь преподаю в театральной школе Йорама Левинштейна, со студентами много занимаюсь Чеховым. И еще больше убеждаюсь: Чехов неисчерпаем. Мне нравится влюблять в него моих учеников... Очень жду, что Арье что-то новое поставит. 

- А если бы тебе самой предложили выбрать роль, то что бы это было? 

- Я очень хочу леди Макбет Мценского уезда. Очень хочу - пока еще не поздно... 

- Я почему-то так и подумала, для меня Катерина Измайлова с тобой очень соотносится. 

- Уже какие-то роли поздно, но очень много такого, что я хочу. И - надеюсь!- это получится. 

Наташа Манор

 

- Были смешные случаи в твоей театральной жизни, что-то такое¸ что вспоминается с улыбкой? 

- Такого было очень много! Мы как-то не взяли актрису на выездной спектакль¸ забыли, уехали без нее. И некому было играть генеральшу Епанчину в "Идиоте" А в автобусе оказался Марик Иванир, который теперь играет в Голливуде. Он знал слова всех ролей. Мы его одели в какую-то одежду, которую нашли (актриса была маленькая, а Марик вполне рослый мужчина), нашли и парик, а вот обувь никак не могли подобрать, башмачки генеральши были 36-го размера... Марик остался в своих ботинках. Мы его усадили в кресло, вывезли на сцену. Он вошел в раж, как-то очень горячо даже участвовал в происходящем. В какой-то момент он резко встал - юбка задралась, и зал увидел мужские голые ноги в огромных ботинках. Из первого ряда кто-то громко выдохнул: ялла, зэ гевер! 

- А для тебя костюм, сценический грим, парики много значат? 

- Очень! Каждый штрих, каждая деталь имеют значение! Когда я поступала, сделала себе такую прическу, как у героинь пьес Островского, очень смешную - и знаменитый Гончаров, который меня принимал, хохотал до слез... Каждая , даже самая мелкая деталь, помогает, работает, тащит меня в роль. И это процесс бесконечен! 

- Ты смотришь спектакли? Ты любишь театр как зритель? 

- Я очень люблю театр - и я очень благодарный зритель. Не все удается посмотреть - я ведь вечерами работаю, но смотрю с удовольствием. Недавно была в Питере - много всего посмотрела. Знаменитые работы, работы, удостоенные призов. 

- Были потрясения? Что-то особенно поразило и принесло незабываемые впечатления? 

- Нет, пожалуй, ничего такого не было. Есть качественные, серьезные спектакли, много очень хороших актеров. Но я еще раз убедилась в том, как мне повезло, как это правильно - работать в "Гешере". Именно у нас в театре актера ничего не затмевает. Хорошие декорации, хороший свет, хорошая музыка - все это важно. Но главное - актер. Он - суть и смысл. Но именно актер должен оставаться в центре всего. Как драгоценность... 

- Кого ты считаешь своим самым лучшим, самым понимающим, самым чутким партнером? 

- Сашу Демидова. Мы знакомы давно, мы однокурсники, и мне всегда радостно и тепло с ним быть на сцене. 

- А какой израильский актер или актриса вызывают твое восхищение и уважение? Кто тебя удивляет в израильском театре и кино? 

- Много очень хороших актеров. Я люблю Дрора Керена, он удивительный. В наш театр после перерыва вернулся Идо Мосери, очень интересный, способный, многое может. 

- Ты часто в гриме, в театральных костюмах. А как ты себя радуешь и украшаешь в обычной жизни? 

- По-разному. Иногда вдруг начинаю носить много украшений - иногда вообще ничего. Люблю хорошую обувь. Сумки. Шарфы - моя слабость, у меня их целый шкаф. 

- Муж не иронизирует? 

- Он уже смирился. 

- Есть свой визажист, любимый парикмахер? 

- Да вот (и она изящно проводит рукой по волосам - И.Ш) Лиля Хейловски посоветовала мне своего мастера. И - меня постригли! 

- Чудесно! Сочетание девочки и аристократической леди. 

- Спасибо. 

- А кухня? Ты успеваешь создать еще и обеды-ужины для мужа и сына? 

- Мне повезло: муж хорошо готовит, мне нет смысла с ним соревноваться. Но зато я хороша, просто незаменима в отряде помощи - порезать или что еще такое вспомогательное сделать... 

- Твой сын, Дан, будет актером? 

- Думает об этом. Видимо, пойдет учиться в театральную школу. 

- Новый проект - это попытка все твои таланты, интересы, музыкальные пристрастия слить воедино? 

 - Я всегда очень любила и люблю петь. Всегда, когда собираемся и кто-то приносит гитару, говорю: дайте напеться, это такое счастье. Мама пела романсы, это от нее, и я очень люблю репертуар, который стал основой этой новой программы. Никогда прежде такого в моей жизни не было, - и вот - благодаря продюсеру и писателю Аркадию Крумеру! - я смогу выйти к залу с такой программой. Я рада, волнуюсь, жду этих концертов. 

И мне очень приятно, очень дорого, что я буду выступать с оркестром, с Фестивальным ансамблем Бориса Каца. 

Люди 30-х, 40-х, 60-х годов прошлого века были другими, они отличались ритмом, стилем, глаза были другие. Вот я и хочу спеть музыку, романсы про те неповторимые глаза. 

- Тебя узнают на улице? Говорят что-то? Как ты ощущаешь свою славу? 

- Да, вот сегодня человек говорит: "Я вас, кажется, узнаю. Это вы?" - "Да, я тоже хожу по улицам...". Все нормально, профессия такая... 

- Какая книга лежит на тумбочке возле твоей кровати? 

- Чехов. Рассказы. Бесконечный, всегда актуальный, всегда новый и удивляющий Чехов. 

- О чем ты мечтаешь? Чего для себя хочешь? 

- Да все простое и главное: чтобы близкие были здоровы, чтобы Арье был здоров. И - хочу играть! 

Инна Шейхатович

counter
Comments system Cackle