Zahav.СалатZahav.ru

Пятница
Тель-Авив
+22+14
Иерусалим
+20+9

Салат

А
А

Звезда по имени Алла

Труд актрисы, певицы мало изнутри похож на прогулку по подиуму, на благоухающий сад. Алла Василевицкая, труженица, прима, увлеченная своим делом, своей музыкальной дорогой, немного рассказала о себе.

06.12.2022
Фото: Йоси Цвекер

Вместо увертюры

…Она стоит в кулисах. Мимо проносятся театральные боги, они же слуги, джинны, гонцы: машинисты сцены, работники цехов. Оперный театр - огромный слаженный механизм. Мир музыки, перевоплощений, неуклонного стремления осовременить, пересказать старые и знакомые сюжеты. Тени великих композиторов бродят здесь рядом с созданными искусством многих профессионалов костюмами, масками, париками…

Она стоит в кулисах - и обычная жизнь, с заботами, новостями, которые лепечет телевизор, пробками на дорогах, походами в "супер" и детский сад - отодвигается. Впереди, в сиянии софитов, в неумолимом движении-толковании рук дирижера, в музыке, от которой по-особому трепещет сердце, пройдет совсем другая жизнь. И уже не будет - на всю эту иную, печальную, трогательную жизнь - красивой взрослой Аллы Василевицкой, оперной дивы, знаменитой, любимой всеми меломанами Израиля, мамы двух малышей. Будет хрупкая девочка, нежная, как цветок, и сильная, как натянутая тетива лука, лишенная эгоизма, не умеющая жить для себя Чио-чио-сан.

Фото: Йоси Цвекер

Новая роль, новая жизнь

…На нашей сцене - "Мадам Баттерфляй". Шедевр Джакомо Пуччини. Итальянская опера, в которой действуют люди разных миров. И гибнет, оставляя в сердцах глубокий и печальный след, юная японка. Бабочка…

Маленькая гейша Чио-чио-сан стала женой американского морского офицера. Ничего особенного в этом не было: стоявшие в порту Нагасаки американские военные брали себе временных жен из японских женщин. Подписывали формальный брачный контракт. Потом уезжали домой. Без своих японских куколок.

Исторический факт под пером Давида Беласко превратился в популярную пьесу "Гейша". Композитор Пуччини увидел в Лондоне этот спектакль. Луиджи Иллика и Джузеппе Джакоза написали либретто. Была создана музыка. Герои запели.

Я беседую с Аллой Василевицкой, исполнительницей партии Чио-чио-сан в спектакле, поставленном невероятным, эксцентричным, всерьез желающим сделать оперу умной, современной Мариушем Трелинским.

- Аллочка, вот я сидела на репетиции, смотрела на то, что происходит на сцене, и думала: ведь в этой истории тема материнской любви, самоотверженности матери - почти самая главная… Что вы, мама Семы и Полины, думаете по этому поводу?

- Я согласна, что в этой опере тема любви матери, трагедии матери - очень важна. Я вообще хотела, чтобы мой сын Сема участвовал в постановке. Ему пять с половиной, но, по закону, детей можно привлекать к участию в спектаклях только с десяти лет. А теперь, когда я прижимаю к себе чужого ребенка, и отдаю его, и плачу, и так близко к сердцу все принимаю, и переживаю, я думаю: "Какое счастье, что это не мое дитя!"…

- Ваш Пинкертон, Отар Джорджикия, не вызывает у зрителя-слушателя отрицательных эмоций…

- …Он очень интеллигентный, чуткий. С ним комфортно работать. И - к тому же - у этого артиста трое детей. Что нас сближает, нам легко понимать друг друга…

Фото: Йоси Цвекер

- Я правильно поняла, что вы очень естественно и легко вжились в роль, в условия, в которых рождалась ваша Баттерфляй?

- Абсолютно верно! Потрясающий спектакль, прекрасный творческий коллектив, все очень здорово, все вдохновляет. Я счастлива, что пою эту партию, что она так естественно вошла в меня, в мою душу. У нас просто нет на этом спектакле равнодушных, каждый участник вносит все возможное. Дирижер Дан Эттингер всех сплачивает, объединяет своим горением. Здесь и сейчас он творит музыку, он весь в этом спектакле. Ему важно сделать качественно все до тонкости…

Мариуш Трелинский на этот раз не приехал, но его ассистент вкладывает в постановку столько терпения, тепла, заинтересованности…

- Ваш послужной список сегодня украшен самыми блистательными, самыми звучными и любимыми героинями опер: Татьяна в "Евгении Онегине", графиня Розина в "Свадьбе Фигаро", Донна Анна в "Дон Жуане", Антония в "Сказках Гофмана", Баттерфляй… В какой из них больше вас, современной поющей молодой женщины Аллы Василевицкой?

- Я люблю их всех! Но самые драгоценные, самые для меня важные - это Катя в "Пассажирке" Вайнберга, Татьяна в "Онегине", - и Баттерфляй. Знаете, поначалу "Евгений Онегин" и "Мадам Баттерфляй" были запланированы на то время, когда разразилась пандемия. И получилось, что появилось время, свободное; время, чтобы подумать над ролью, осмыслить ее, подготовить душу…

- А если бы вдруг - по какой-то причине, по воле зловредного рока! - вам пришлось бы подумать о жизни вне сцены, что бы вы для себя выбрали?

- Я себе это даже иногда как-то представляла… Вероятно, я бы все равно осталась в театре; может, стала бы гримером… Наверное - преподавала бы… Не смогла бы уйти из искусства, никогда в жизни.

- Театр - это космос. Идеи, художественные высоты, трактовки - а рядом мелкие проблемы, которые не так уж малы, когда речь о создании образа. Платье, туфли, парик - все должно работать на результат. Как у вас с этими деталями?

- Бывали и такие спектакли, когда и туфли, и платье, и парик не способствовали совсем…

- С вами не случалось нечто подобное истории, произошедшей с Галиной Вишневской в Нью-Йорке, когда для нее в "Травиате" меняли платья и декорации?

- Ну, сейчас, думаю, это невозможно… Да я и не смогла бы поставить такие условия… Я очень терпеливая, но - если меня доведут до ручки - я, как родившаяся под знаком Льва, могу показать зубы.

- Ваш муж, - не музыкант, не певец, - поддерживает вас в вашей титанической, сложнейшей работе?

- Он знает все про мою работу. Приходит на спектакли. Его похвалы всегда сдержанные. Но я вижу, что он гордится и сопереживает… Он внимательно слушает, что люди в зале говорят про спектакль, про меня.

- У оперной звезды Аллы Василевицкой есть хобби, увлечения, которые только для нее, только личные?

- Так сразу и не скажешь… Люблю готовить, слежу за интересными рецептами. И музыку, - которая не опера, не классика, - тоже люблю.

- Вы хотите, чтобы Сема стал музыкантом?

- Пусть он сам выберет, что ему интересно, что для него хорошо. А пока я его вожу на хор, а папа - на бокс. Очень важно, чтобы искусство, музыка стали для него важными, близкими; чтобы душа развивалась гармонично. Ведь искусство - это и богатство, и лекарство.

- А Полина, ваша младшая?

- Ей только полтора года, она просто растет, учится говорить, учится жить в этом бурном мире. Она принцессочка, немного балованная, - младшая ведь… Сема иногда у нее отнимает что-то, и как старший, более взрослый, убежденно говорит: "Ей это нельзя…".

- У вас есть любимое произведение искусства?

Она думает совсем недолго. Отвечает очень взволнованно:

- Картина Куинджи "Лунная ночь на Днепре". Она меня очаровала. Заворожила. Помню, как сидела в Третьяковке и смотрела, и не могла оторваться, и рыдала.

Труд и вдохновение

Я знаю про Аллу Василевицкую главное: что родилась на Камчатке, что ее мама всегда любила искусство, музыку - и привила дочери это увлечение, эту радость и ощущение счастья от общения с истинным миром красоты. И еще я вижу холодный, дивно романтичный, но суровый край, с вулканами, гейзерами, и девочку, юную студентку музыкального училища, которая работает в торговой палатке на рынке, и на первую зарплату покупает себе обновку.

Алла говорит:

- Нас, меня и сестру¸ не осыпали дарами, не на что было… И я и сейчас свои вещи ношу долго, очень долго. Я вообще увлекающаяся, если что-то нравится - книга, музыка, одежда - буду снова и снова возвращаться.

В Израиль она приехала жить и петь после окончания Академии хорового искусства в Москве. Ей было 24 года. До того познакомилась с будущим мужем, Андреем. В Израиле многому научилась, встретила очень разных людей. Можно считать, что выйти на самую главную оперную сцену страны, стать одной из самых востребованных и любимых певиц ей помогли счастливые случаи, сердца человеческие, труд и неудержимость стремления. Одна из удач - педагог, большая актриса, очень глубокая духовно Лариса Тетуева.

В репертуаре Аллы сегодня огромное количество произведений. Оперы, оперетта, песни на иврите, на идиш.

- У вас есть личное правило жизни, своего рода инструкция Аллы Василевицкой, которую вы несете по жизни? В любых ситуациях обращаетесь к этому правилу?

- Что ни делается, все к лучшему…

- И когда обиды, и когда несправедливости?

- Надо стараться быть оптимистами. В мире так много горя, страданий, а я живу, дышу, любуюсь цветами, у меня целы руки-ноги… И есть крыша над головой, семья, любимая работа. Нет причин обижаться на жизнь, не верить ей. Так ведь?

Несколько слов в заключение

...Пинкертон уехал из Японии, оставил полюбившую его всем сердцем Бабочку (так переводится имя Чи-чио-сан, а если по-английски, то Баттерфляй) горевать. Уже после отъезда любимого она родила сына. "Муж" вернулся с молодой американской женой. Чтобы забрать ребенка... Она сделает свой выбор. Поставит точку. Умрет на сцене. Доиграет жизнь-притчу. Про девушку из Нагасаки. Про любящую и трагичную японку…

Алла снимет грим, парик. Выйдет из театра. Стройная красавица, сероглазая, грациозная и совсем не высокомерная. Мелькнут улицы, кусты. Стекла окон отразят кусочки неба, звездные блики.

В доме тихо. Полина спит. Андрей читает Семе "Волшебника Изумрудного города". День окончен. Впереди - ах, как много еще впереди!

Джакомо Пуччини. Мадам Баттерфляй

Время действия: около 1900 года.
Место действия: Нагасаки.
Первое исполнение: Милан, театр "Ла Скала", 17 февраля 1904 года

Для исполнения главных партий в этой постановке были приглашены израильские и зарубежные певцы с мировым именем:

Роль Мадам Баттерфляй - "Чио-Чио-Сан" исполнят: Аурелия Флориан - сопрано из Румынии и израильское сопрано Алла Василевицкая. Партию Бенджамина Франклина Пинкертона, лейтенанта Американского флота исполнят украинский тенор Валентин Дитюк и грузинский тенор Отар Джорджикия. Образ Шарплеса, консула США в Нагасаки представят румынский баритон Йонуц Паску и израильский баритон Одед Райх, в роли служанки Сузуки выступит Шай Блох (меццо-сопрано), партию Горо, маклера-свата споют израильский тенор Эйтан Дрори и американский тенор Энтони Уэбб.

Партию принца Ямадори исполнят баритон из Новой Зеландии Жюльен Ван Меллаертс и израильский баритон Ноам Хайнц. Партию дяди Чио-Чио-Сан исполнит израильский бас Яир Полищук. Кэт Пинкертон (меццо-сопрано) - Тамара Навот и Галь Кохав. В постановке принимают участие три мима из Польши, регулярно появляющиеся в постановках Мариуша Терлинского - Кшиштоф Александр Черни, Михал Чецка, Томаш Нерковски. Ассистент режиссера - Регина Александровская.

Хор Израильской оперы под управлением Асафа Бенрафа
Оркестр Оперы - Израильский Симфонический оркестр Ришон ле-Циона

Исполнение на итальянском языке. Титры на иврите и английском языке.

Перевод титров - Исраэль Юваль

Вторник | 6.12.2022 | 20:00
Среда | 7.12.2022 | 20:00
Пятница | 9.12.2022 | 13:00
Суббота | 10.12.2022 | 20:00
Воскресенье | 11.12.2022 | 20:00
Понедельник | 12.12.2022 | 18:00
Четверг | 15.12.2022 | 20:00
Пятница | 16.12.2022 | 13:00 (дополнительный спектакль)

За час до начала каждого представления в зале проходит вступительная лекция продолжительностью около получаса, вход на лекцию для обладателей билетов в этот вечер бесплатный

Заказ билетов в кассе Израильской Оперы по телефону 03-6927777 или в "Браво"

Спектакли проходят в Оперном театре имени Шломо Лахата, Бульвар Шауль а-Мелех 19, Тель-Авив

Пиар-агентство: Sofia Nimelstein PR & Consulting

Читайте также

Комментарии, содержащие оскорбления и человеконенавистнические высказывания, будут удаляться.

Пожалуйста, обсуждайте статьи, а не их авторов.

Статьи можно также обсудить в Фейсбуке