- 22 и 23 февраля Симфонический оркестр Хайфы исполнит на концертах 11 симфонию Шостаковича. Это редко исполняемая симфония, и она, безусловно, очень сложна. Когда мы говорим о сложности, мы можем подразумевать разные вещи.

Насколько я могу судить по моему опыту общения со слушателями, сложность часто может отпугивать, люди боятся, что не поймут музыку, может быть, "потратят время зря" или почувствуют себя неловко…

Музыка так же может быть сложной эмоционально, в смысле - требующей эмоциональной работы от слушателя (и, конечно же, от исполнителя). Я знаю людей, которые избегают концертов классической музыки именно потому, что она слишком сильно воздействует на них. Но мы хотим помочь как можно большему количеству людей услышать музыку и получить от нее удовольствие, поэтому я хочу рассказать о "ключах" или лучше сказать "инструментах", которые помогут услышать в этой симфонии прекрасное, я надеюсь.

О Шостаковиче как демократичном композиторе

Кроме того, Шостакович не из тех авторов, что писали свою музыку только для избранных и утонченных. Правда, его сочинения для небольших ансамблей - это, как правило, интимное высказывание, что-то такое, что ты поведаешь только близкому другу (но и они любимы многими слушателями с самым разным бэкграундом), а уж симфонии по-настоящему демократичны, и следовательно каждый может в них найти что-то близкое сердцу. Вообще в этом месте мне всегда хочется сказать что-то вроде: Шостакович не нуждается ни в рекламе, не тем более в оправдании! В разъяснении - возможно, да, чтобы слушательский опыт обогатился новым контекстом.

Об уровнях сложности 11 симфонии

11-я симфония Шостаковича - как бы парадоксально это ни звучало после моей предыдущей мысли о демократичности - сложна на разных уровнях. Она сложна технически и предъявляет высокие требования к мастерству оркестра и дирижера; она сложна эмоционально; она трудна физически, так как длится около часа, требует большой выносливости и концентрации внимания.

Как СМИ, Ницше и квантовая физика усложнили классическую музыку XX века

Вообще, большая часть музыки XX века сложна - серьезно усложнился и сам музыкальный язык, непросты и те истории, которые он рассказывает. К XX веку мы подошли в состоянии философского кризиса, кризиса религии (вспомним хотя бы ницшеанское "Бог умер"), кризиса определения человеком своего места в мире и, можно сказать, кризиса самого этого мира. Точнее, этот мир, в котором создавались шедевры, например, музыкального романтизма, перестал существовать.

Открытия в физике переворачивают весь накопленный веками опыт. Добавьте к этому страшнейшие социальные потрясения; добавьте к этому новые средства массовой информации - радио и, позже телевидение, возможность узнавать почти мгновенно о том, что происходит в другой части планеты, с людьми, с которыми вас раньше, казалось, ничего не связывало; добавьте ко всему новое искусство - кино, - и попробуйте теперь ощутить, как человек всем этим был раздавлен. Это нисколько не обесценивает наш сегодняшний опыт - мы тоже раздавлены тем, что навалилось на нас…

"Все мы загнаны в психологическую ловушку, расставленную нашей цивилизацией" …

Чувства художника всегда обострены. И все, о чем я сказал выше, побуждало искать новые средства, чтобы адекватно выразить настоящий момент, или сотворить свой частный мир и убежать в него; побуждало искать новые языки - в каждом виде искусства.

Люди обнаружили себя в состоянии, метко описанном Иосифом Бродским: "Все мы загнаны в психологическую ловушку, расставленную нашей цивилизацией. Мама, няня или кто-нибудь еще с детства твердили нам, что жизнь прекрасна, что человек прекрасен, что добро победит зло, а злой серый волк никогда не придет. И когда мы сталкиваемся с чем-нибудь омерзительным, наша первая реакция: этого не может быть, произошла ошибка - ее допустили мы или, еще лучше, кто-то другой. Мамам следовало бы рассказывать детям, что в пятидесяти процентах случаев злой серый волк действительно появляется на пороге и выглядит он совсем как мы".

"Смело, товарищи, в ногу" и другие мотивы 11-й симфонии

По моему субъективному ощущению, об этом, в какой-то степени, и 11-я симфония Шостаковича. Симфония посвящена "Кровавому воскресенью", событиям 9-го января 1905 года. Композитор воспринимает мир, в частности, историю через призму музыки. Об этом периоде Шостакович говорил: "Сколько у нас есть прекрасных, часто незаслуженно забытых песен, сложенных безымянными поэтами и музыкантами!" - эти его слова, я полагаю, вполне искренни, сказаны не для советских блюстителей мысли. Собственно, песни, которые Шостакович использовал в этой симфонии - это и есть один из ключей к понимаю ее "сюжета". Вот эти песни: "Слушай", "Вы жертвою пали", "Варшавянка" "Здравствуй, свободы вольное слово!", "Смело, товарищи, в ногу", "Беснуйтесь, тираны".

О перерождении мотивов 11 симфонии

Так же композитор использовал мелодии и мотивы из собственных более ранних сочинений, посвященных 1905 году, и одну тему из оперетты композитора Г. Свиридова "Огоньки". Получается на самом деле очень много тем для одной симфонии - ведь в ней есть еще и другие, не являющиеся цитатами.
Однако симфония невероятно стройна и цельна. Секрет в том, что Шостакович не только цитирует мелодию песни целиком. Он, например, берет один короткий мотив из мелодии песни (буквально несколько нот), развивает его, многажды повторяя и изменяя, - и в конце концов измененный мотив одной песни становится похожим на мотив другой песни или становится собственной темой Шостаковича.

Он пишет собственную тему, стилизуя ее под народную (композиторов обучают подобным техникам); он "сталкивает" две или три разных темы (они звучат одновременно); он "выращивает" из одного "зерна" темы для разных частей - "побеги" получаются совершенно не похожими друг на друга (на первый взгляд); наконец он вводит новую тему-цитату (такова "Варшавянка" в четвертой части симфонии), которая оказывается "родственной" мотивам (кусочкам мелодий) из предыдущих частей.

Ключ к пониманию: знакомые революционные песни

Все это очень тонкая игра и очень глубокая работа над музыкальным материалом. И вот тут как раз и видны те "ключи" или "инструменты", о которых я говорил раньше. Если вы хорошо знаете эти песни, любите старые советские фильмы, в которых они звучат (кстати, Шостакович ведь написал музыку более чем к 30 фильмам), то цитаты этих песен и намеки на них станут для вас кодами: вы будете погружаться в мир каждой из песен, каждая песня будет тянуть за собой цепь ассоциаций, а собственные темы композитора станут новым контекстом, в котором живут старые песни.

Если же вы не знаете этих песен, то не отчаивайтесь: музыка все равно откроется вам. Вы можете следить за тем, как одна музыкальная идея рождает другую, как они потом сосуществуют независимо и в то же время связанно.

Ключ к пониманию: следим за развитием мелодий

Действительно, попробуйте озадачиться этим: услышать как звучавшая уже один раз мелодия приобретает новые черты, как новое оказывается хорошо переработанным старым - и в вашем воображении, возможно, сами собой родятся сюжеты никак не связанные с конкретными историческими событиями, но не менее глубокие; а впрочем, вы можете сознательно "примерять" к музыке любой известный вам сюжет, как бы накладывать повествование на музыку.

А если вы устанете следить за развитием и взаимодействием музыкальных тем - и, если вы достаточно крепки духом, - вы можете просто спрашивать себя, какую атмосферу создает композитор сейчас (а она все время меняется), и по желанию погружаться в нее. Такие интеллектуальные игры могут уберечь вас от эмоциональной перегрузки. Ну и конечно, вы можете использовать эти способы одновременно в любых сочетаниях.

О Симфоническом оркестре Хайфы

Стоит заметить, что не все оркестры и дирижеры берутся за это произведение, и тут я могу без ложной скромности сказать, что нам это под силу. К слову, в этом сезоне Хайфский Симфонический оркестр получил от Израильского министерства культуры повышение квалификационного уровня сразу на несколько пунктов - случай беспрецедентный.

Сейчас у нас седьмой уровень, при том, что наивысшим, восьмым, отмечен только один коллектив - Израильская Филармония. В нашем оркестре работают музыканты, работавшие раньше в Мариинском театре, Государственном академическом симфоническом оркестре им. Светланова и других лучших российских, израильских и мировых оркестрах.

О маэстро Йоэле Леви

То, что наш оркестр совершил качественный скачок, - заслуга нашего главного дирижера Йоэля Леви, результат его усилий и талантов не только артистических, но организаторских. При этом, разумеется, каждый музыкант оркестра вносит свой вклад: мастерством, упорством, опытом; мы все работаем на продвижение нашего общего любимого дела - Музыки.

Йоэль Леви - фигура мирового масштаба, он выступает с лучшими оркестрами мира, его трактовки отличает ясность и эмоциональная сила; он, кстати говоря, один из немногих, кто дирижирует даже сложнейшие партитуры наизусть.

В своей интерпретации 11-й симфонии Шостаковича Йоэль Леви раскрывает не только ее драматические стороны, но и с особым вниманием, с особым трепетом относится к местам, окрашенным чувством меланхолии, разными оттенками печали; по его словам, в этой симфонии высказано очень много задушевного.

Послушать все это можно будет 22-го и 23-го февраля в Аудиториуме Хайфы. Приходите и пусть каждый найдет здесь свое!